Потенциально неприемлемый: как онлайн платформы ограничивают контент украинцев

Share this...
Facebook
Twitter

С началом полномасштабного вторжения России алгоритмы самых популярных соцсетей будто сошли с ума. Они регулярно ограничивают контент про российско-украинскую войну, удаляют аккаунты активистов и при этом точечно реагируют на инфовбросы российских пропагандистов. Украинцам становится всё сложнее предавать огласке военные преступления, которые российская армия ежедневно совершает на территории Украины.

!
Материал содержит ссылки на российские сайты, которые можно просмотреть через VPN.

Собрали разные случаи массового удаления контента якобы деликатного характера, а также примеры, как обычные пользователи, бизнес и медиа выходят из таких ситуаций. Рассказываем, что делать, если ваш контент таки попал на контент-проверку платформ, которые сейчас больше похожи на диджитал-соседей.

Это уже было

Украинских пользователей в соцсетях блокируют уже не впервые. Ещё в начале российско-украинской войны, в 2014 году, десятки людей сообщали, что их аккаунты замораживали из-за атак прокремлёвских ботов. Эту информацию в 2017 году подтвердила бывшая помощница госсекретаря США по стратегическим цифровым технологиям. Мойра Вейлан. За три года до этого украинские пользователи Facebook собирали лайки, чтобы получить ответ от главы платформы Марка Цукерберга об открытии украинского офиса, а также попросили рассмотреть правомерность ограничений, которые накладывали на украинский сегмент. Интересно, что только через 5 лет после этого (в 2019 г.) Facebook наконец назначил менеджера по вопросам публичной политики для Украины.

Однако тут важно объяснить: принцип работы Facebook не предусматривает создание национальных или региональных представительств. То, что Украина получила своего менеджера по публичной политике (отвечает за Центральную и Восточную Европу) — прецедент, который стал возможным благодаря разглашению проблемы и активной работе украинских медиаюристов.

Ограничения в соцсетях уже с начала российско-украинской войны доходили до абсурда. Например, в 2015 году один пользователь писал, что Facebook заблокировал его за публикацию цитаты стихотворения Тараса Шевченка: «Кохайтеся, чорноброві, та не з москалями». На протяжении следующих лет в бан за слова «москали» пользователи попадали ещё не раз. В правилах Facebook четко указано, что они против языка вражды и ненависти, а ботофермы отслеживают такие слова (например, на обозначение определенного народа) и жалуются именно на них. Однако, словарный запас языка ненависти и вражды — вопрос довольно дискуссионный. Минимум из-за того, что существует ряд топонимов, которые, исходя из логики корпорации Meta (управляет Facebook и всеми сопутствующими продуктами, а также Instagram и несколькими мессенджерами), задевают чувства отдельных групп или являются словами «деликатного характера». Например, в Украине есть село Москали, в Польше — озеро Кацапка, а в России — село Хохлы. Похоже, что здесь логика соцсетей немного ломается. Компания Mеta признает, что региональные и лингвистические особенности словоупотребления важны в контексте геополитической ситуации, когда одни и те же понятия можно трактовать и нейтрально, и как язык ненависти. В первом случае платформа их оставит, а в другом — удалит. Их хорошего: Meta следит за тем, как развивается и меняется употребление таких «чувствительных» слов, а также не отказывается говорить, что иногда ошибается с применением своих политик.

Игорь Розкладай, юрист Центра демократии и верховенства права (Цедем) дополняет:

— На сегодня самым ближайшим во времени документом, который определенным образом регулирует онлайн игроков, станет Акт о цифровых сервисах ЕС. Он уже на финальной стадии принятия. Этот документ внедрит базовые требования касательно деятельности онлайн платформ, удаления контента, подачи жалоб и апелляций. Однако не решит проблему, которая касается контента о войне.

Призываю украинских филологов и лингвистов таки сделать семантический анализ слов, которые платформы регулярно блокируют. Необходимо профессионально обосновать, какие понятия являются [языком ненависти — ред.], а какие нет, и на основе этого предложить платформам пересмотреть этот словарь.

Однако за цитату классиков могут заблокировать не только при наличии в ней слова «москаль». Скажем, в сентябре 2021 года Олэне Павловой, автор известного персонажа Кота Инжира, Facebook заблокировал иллюстрацию классиков украинской литературы с подписью «Читайте классиков, лайкайте котиков».

Кот Инжир
Комикс-персонаж, воображаемый кот, который любит книги, активно реагирует на общественные события и имеет личные страницы в соцсетях.

Последние годы в Facebook и Instagram блокируют не только за высказывания ненависти к стране-агрессору, но и за публикацию якобы личных данных и за нарушения правил сообщества. Украинское facebook-сообщество имеет несколько таких красноречивых случаев неоправданного замораживания страниц, обжаловать которые не удалось. Например, 15 июня 2021 года в бане по неизвестным причинам оказалась одна из наибольших львовских групп в Facebook — «Людоньки, порадьте» (360 тыс. пользователей на момент блокирования). А в декабре того же года — одно из самых больших киевских сообществ «На Теремках» (более 31 тыс. пользователей на момент блокирования). Этот паблик заблокировали из-за того, что администраторы запостили несколько публикаций с потерянными документами (чтобы найти их собственников), а это по правилам соцсети — нарушение правил конфиденциальности. Хотя, по словам администратора группы Богдана Гдаля, они зарисовывали личные данные, поскольку такие требования знали заранее.

Цифровая забота об украинцах

Новая волна блокировок началась вместе с вторжением РФ 24 февраля 2022 года. Украинцы генерировали и продолжают генерировать огромное количество контента, который является не только рефлексией на все события, но и способом информационной борьбы с российскими захватчиками. Однако ещё накануне вторжения были прецеденты ограничений некоторых пользователей. Например, 23 февраля 2022 года Twitter заявил, что ошибочно приостановил аккаунты нескольких OSINT-репортёров, которые писали о наращивании сил российской армии вблизи территории Украины. Среди них был ведущий подкаста The OSINT Bunker Кайл Глен и основатель, волонтёр украинского проекта InformNapalm Роман Бурко. Тогда журналисты говорили, что их аккаунты атаковали (не исключено, что кремлёвские боты), ведь они не единожды публиковали расследования о фейках российской пропаганды.

OSINT
С англ. Open-source intelligence — метод сбора и анализа информации с открытых источников.

Быстро реагируя на мировой порядок дня, Facebook и Twitter еще утром 24 февраля взялись за цифровое блиц-просвещение украинцев, которые проснулись в стране, где объявили военное положение. Twitter Safety опубликовал тред с советами, как защитить учетные записи, если пользователи не уверенны в безопасности своей информации. «Пользуясь Твиттером в зонах конфликта или других зонах повышенного риска, необходимо знать о способах управления профилем и цифровой информацией» — говорится в сообщении. В твитах детально рассказали, как пользователи могут создать более надёжные пароли, внедрить двухфакторную аутентификацию, сделать свои твиты частными и выключить демонстрацию местонахождения. Тред доступен на английском, украинском и русском языках.

В Meta для безопасности украинцев запустили функцию, которая в один клик позволяет ограничить для других пользователей пересмотр вашей страницы и контента в Facebook. Также в ночь с 23 на 24 февраля в компании создали Центр специальных операций для реагирования на действия в платформе в режиме реального времени.

Временное право на ненависть

Учитывая обстоятельства военного времени в Украине, компания Meta пыталась адаптировать политику контента, выстроенную вокруг понятий политического нейтралитета.

В ответ на многочисленные заявления от украинского правительства, общественности и в некоторых случаях собственных сотрудников, международные платформы в марте переписали свои правила, чтобы бороться с российской пропагандой и защитить украинцев в интернете. В частности, были заблокированы аккаунты и снижен рейтинг государственных СМИ России, таких как Russia Today, которые собрали огромное количество подписчиков во всём мире на разных онлайн-платформах. Заботясь о безопасности и минимизирование количества дезинформации, в Instagram начали скрывать информацию о подписках и общих подписчиках пользователей из Украины и России. Эта опция также убрала с поля зрения украинских Instagram-пользователей профили россиян, которые оказались под санкциями из-за поддержки войны и режима Путина.

Также в марте компания Meta временно разрешила украинским пользователям высказывать свои эмоции об оккупантах. Фразу «смерть российским захватчикам» на некоторое время убрали из списка насильнических высказываний, запрещённых правилами соцсетей. Впервые об этих изменениях заявили в Reuters с ссылкой на внутренние электронные письма к модераторам контента. Следовательно в Facebook и Instagram временно можно было публиковать сообщения с пожеланиями смерти Путину или российским военным. Разрешение касалось пользователей из Украины, Армении, Азербайджана, Эстонии, Грузии, Венгрии, Латвии, Литвы, Польши, Румынии, Словакии и даже России. Однако на территории страны-агрессора этот жест, конечно, оценили как всегда — волнами возмущений и запретов соцсетей как «экстремистских» компаний. Посольство РФ в США опубликовало возмущенный твит и призвало «прекратить экстремистскую деятельность Meta и принять меры по привлечению виновных к ответственности», а «Роскомнадзор» ввел санкции против Facebook и Instagram.

Уже через месяц, когда украинские пользователи начали рассказывать правду о зверствах российских военных в Буче, компания Meta вернула свои ограничения, которые касались перечня насильнических высказываний.

«Твиттер меня снова заблокировал, потому что он не хочет, чтобы люди смотрели на смерти людей, которые совершали россияне. Нет, он не заблокировал аккаунты российских пропагандистов и государственных деятелей, которые призывали к этим зверствам, он заблокировал меня и ещё десятки других, которые об этом писали» — написал 5 апреля блогер, СМО «Львов Онлайн» Петро Нек. Его аккаунт заблокировали за публикацию фотографий погибших в Буче.

В этот же день пользователи начали сообщать, что Instagram ограничивает показ хештега #BuchaMassacre. Согласно правил платформы запрещено распространять сцены насилия, поэтому посты с таким хештегом автоматически блокировали. «Некоторые участники сообщества пожаловались, что некоторый контент может не соответствовать правилам», — решили платформы. Однако все знали, кто такие эти «некоторые» и что на самом деле прячется под этим «некоторым контентом». Очевидно, Instagram считает, что их публике лучше продолжать лайкать котиков, красиво сервированную еду и «фильтрованные» селфи, а не видеть реалии российско-украинской войны.

В июне ситуация повторилась с хештегом #russiaisaterrorisstate. С ним пользователи публиковали контент, который доказывал систематические прицельные обстрелы армией РФ гражданских сооружений с людьми внутри. Чтобы обойти ограничения и таки показать миру правду (поскольку российские пропагандисты чуть ли не в каждом преступлении своей армии обвиняют ВСУ) украинцы меняли хештег на #russiaterroriststate (без «is»). Фактически, пользователи могли публиковать посты с этим хештегом, но они не отображались в ленте многих пользователей. Meta утверждала, что они не накладывали специальных санкций. Алгоритмы ограничили показ этого хештега, поскольку на него много жаловались. Кого же не устраивал этот хештег? Ответ очевиден.

С начала лета 2022 года ситуация с массовым и часто необоснованным блокированием контента украинских пользователей начинает обостряться. Украинцы не сдаются без боя, даже на цифровом фронте. Но даже фото украинского паспорта Instagram может расценить как «потенциально неприемлемый контент». Скорее всего, такое случается из-за российских пользователей, которые пожалуются на пост, или же ошибочное трактование алгоритмами (как распространение личных данных), которое можно очертить понятием «false positive», когда алгоритм находит ошибку там, где её нет.

Министр цифровой трансформации Михайло Федоров в мае встречался с президентом по глобальной политике компании Meta Ником Клеггом. Они обсуждали блокирование в соцсетях Facebook и Instagram части контента о российско-украинской войне. В частности, о полке «Азов», который внесен в список запрещенных организаций в Meta, поскольку их считают иностранной террористической группировкой. Это, конечно, предубеждение, к формированию которого тоже годами прикладывались российские пропагандисты, распространяя фейки. Михайло Федоров, в конце концов, уверил: «Много решений уже принято. Много решений будет в будущем, в ближайшее время. Мы продолжаем сотрудничество. Уверен, что блокировок и ограничений контента будет меньше и больше людей по всему миру будет знать о том, что реально происходит в нашей стране».

19 июля Министерство культуры и информационной политики Украины вместе с центром стратегических коммуникаций и информационной безопасности (ЦСКИБ) предложило государственным органам и общественным организациям продвигать единую позицию касательно всех ограничений (в том числе и блокирований), которые выдвигают платформы с противодействием дезинформации.

Всех не перебанят

Как только платформы начинают ограничивать или удалять определённый контент, срабатывает эффект Барбары Стрейзанд — феномен, когда при попытках удалить какую-то информацию люди начинают распространять её еще больше.

Так случилось с цитатой погибшего на фронте киевского активиста Романа Ратушного, которая стала своеобразным лозунгом-инструкцией для украинцев о том, как нужно поступать с российскими оккупантами. «Чем больше…», — не единожды писал активист. 14 июня сообщили, что Роман погиб. В этот же день пользователи соцсетей массово распространяли его фразу-завещание, а платформы — удалили этот твит со страницы активиста и военнослужащего. Но это не остановило украинцев. Во всех соцсетях пользователи начали публиковать скриншоты с цитатой Романа и текстом «Всех не перебанят». В какой-то момент Twitter-страница стала сплошной цитатой Романа Ратушного.

Случаи, когда много пользователей соцсетей публикуют похожий контент на одну тему или с одной формулировкой, происходит не только из-за удаления контента, а и во время блокирования других пользователей, чтобы в такой способ их поддержать и привлечь внимание к проблеме. Ещё один пример — сообщество начинает шутить о чем-то актуальном.

Ілюстрація @shat.art88

Когда алгоритмы соцсетей маркируют околовоенный контент украинских пользователей как «деликатный», доносить правду мировому сообществу помогают иллюстраторы и художники. В своих работах (рисунках, гифках, видео и т.д.) они могут более свободно рефлексировать обо всем, что происходит, даже если отображают ужасные фото с погибшими или с мест совершения преступлений РФ практически без изменений, используя доступные им художественные средства. Такой контент значительно реже удаляют из соцсетей, даже если он содержит слова, которые входят в перечень «триггерных». Это ситуативное искусство приобретает значение не только как творческий жест, но и как один из способов документирования действительности без цензуры.

Блокирование активистов в Twitter

Twitter начал блокировать аккаунты украинских активистов, волонтёров и журналистов, особенно если те проводят благотворительные сборы средств для помощи ВСУ и гражданским, которые пострадали от войны. Только с начала апреля 2022 года было заблокировано несколько десятков аккаунтов. Некоторые удалось «отбить» и разблокировать, другие — до сих пор находятся в кибертюрьме. В бан отправляли:

– журналистку и волонтёра Яну Супоровську;

– общественного активиста и руководителя военного направления Благотворительного фонда Сергия Прытулы — Романа Синицина;

– журналиста и ведущего шоу «Право на поплаву» Олега Новикова;

– блогера и волонтёра Олю Супрун;

– общественную активистку, координатора фонда Сергия Прытулы во Львове — Меланию Подоляк;

– волонтёра и военнослужащую Марию Смирнову;

– волонтёра, проджект-менеджера SarTech Юлию Напольську

и десятки других пользователей.

Однако украинское Twitter сообщество отличается от остальных соцсетей: как только там ограничивают права одного пользователя, другие начинают за него заступаться. Это мощное и активное движение, которое отстаивает своих людей и борется за то, чтобы до мирового сообщества доходила информация, реально отражающая ситуацию в Украине, в частности в российско-украинской войне. Каждый раз, когда кого-то из пользователей блокируют, твиттерцы устраивают шторм: массовый постинг твитов с призывом к модераторам соцсети как можно быстрее разблокировать забаненый аккаунт.

За что же блокируют украинских активистов, волонтёров и журналистов? За все подряд, буквально. Запостили фото с места преступления с погибшими — в бан. Кому-то не понравился твой твит или реплай — в бан. Кто-то нашёл старые твиты с номером карточки — непременно прилетит жалоба на него. Написали о том, что некоторые украинцы вредят безопасности государства — в бан.

Помогают вызволять Twitter-аккаунты украинских пользователей из кебертюрьмы Львовский Медиафорум (LMF), Министерство цифровой трансформации Украины и другие доверенные партнёры. Минцифры на момент публикации (25 июля 2022 — ред.) продолжает работать с очередным случаем блокирования Twitter-аккаунта Евгена Лира — украинского писателя, переводчика и волонтёра.Впервые его аккаунт был заблокирован в декабре 2021 года, когда он снял документальный фильм «Могила теней» и пытался собрать средства для помощи музею «Каменная Могила» на Поднипровье и Запорожье. Тогда его заблокировали из-за жалоб на чеки. Сейчас аккаунты Евгена Лира блокируют из-за его активной волонтёрской деятельности — он постоянно собирает средства для украинских военных. Российские ботофермы и других недоброжелателей это, конечно, не устраивает. Поэтому они в первую очередь выискивают таких известных активистов, как он, с большой и лояльной аудиторией, и закидывают жалобами.

После блокирования Евгена твиттерцы массово писали просьбу о его разблокировании, а часть этих твитов стала настолько вирусными, что фраза «He’s a Ukrainian volunteer» залетела в тренды соцсети.

Не активистами едиными

Медиа тоже страдают от постоянных блокирований их контента в соцсетях. Например, в июне страницу «5 канала» в Facebook удалили. Официальная причина от компании Meta — «недоброжелательные высказывания» (с кем не бывает во время войны, если писать об оккупантах и их преступлениях).

А медиа «Ґрунт», который раньше был Telegram-каналом «Украина: оперативно», созданным в первый день полномасштабной войны, достаётся чуть ли не каждый день. Например, платформы удаляли их пост про «Цвет нации» — украинских защитников, которые погибли во время полномасштабного вторжения. По словам редакции, причина такой модерации им неизвестна, просто однажды пришло оповещение про бан. Иногда команда публикует один и тот же материал по несколько раз, чтобы его всё-таки увидели пользователи, а также пытается «цензурировать» триггерные слова.

Со свежих кейсов «Ґрунта»: удалены модераторами Instagram посты о том, что вредит Украине и почему украинцы должны помнить истории каждого своего защитника. Посты не содержали неприемлемых слов, а те, что могли потенциально быть такими на изображении, на всякий случай визуально зацензурили, используя звёздочки. В общем, в издательстве говорят, что под «модерацию» лишь за половину июля попало 4 поста, а это довольно высокий показатель (команда публикует от 10 до 14 постов в неделю).

Украинские издательства используют разные способы обойти угрозу блокирования, чтобы читатели имели доступ к их контенту. Один из вариантов — визуальная цензура ряда слова и словосочетаний связанных с РФ. Однако, если раньше достаточно было запикать слова «москали», «рашисты» или «русня», то сейчас это желательно делать также с названием страны-агрессора. Материалы Ukrainer тоже много раз блокировали в Instagram за якобы нарушение правил сообщества.

Ещё один выход из ситуации — выбрать другую платформу для публикации «проблемного» материала. Чаще всего такой запасной медиа площадкой становится Twitter, где модерация не всегда такая строгая, как в Facebook и Instagram. Яркий и несколько иронический пример — случай из медиа «Свидоми», когда Instagram удалил пост о том, как Instagram удаляет посты.

Все такие блокирования негативно влияют на охват страниц: баны и удаления постов приводят к теневым банам (их ещё называют теневым блокированием), суть которых в том, что пользователь может сразу и не понять, что попал под такие «цифровые санкции». Он не получает никаких оповещений о теневом блокировании, а любой созданный ним контент другие пользователи не видят. «Выздоровление» от теневого бана может длиться неделями, а то и месяцами. Но наихудшим для медиа может стать удаление аккаунта без возможности восстановления после нескольких предупреждений от платформы.

Не защищены от блокирований и удаления постов и госслужащие. Скажем, в 2021 году пост Евгена Перебийноса (до середины июля 2022 года — посла Украины в Чехии) с критикой слов Путина про «один народ» Facebook удалил, поскольку он якобы разжигает язык вражды.

В соседних соцсетях — не лучше

Модерирование контента украинских пользователей во время полномасштабной войны вызывает много вопросов, которые остаются риторическими. Алгоритмы дошли до такого абсурда, когда Instagram блокирует фото с украинской черешней (безобидный пост с красивыми фотографиями в карусели) или обозначает поэзию как контент для пользователей 18+. В других случаях платформы просто ограничивают свободу слова, а иногда, получается играют на пользу страны-агрессора. Платформы блокируют контент украинцев, а россияне радуются, поскольку это именно они набегают и жалуются на посты. Это один из плацдармов гибридной войны, когда цифровые атаки влияют на общую обстановку российско-украинского противостояния.

Ограничение контента есть не только в Facebook, Instagram или Twitter. Украинские пользователи LinkedIn жалуются, что соцсеть активно блокирует их посты о войне (при этом не блокирует российскую пропаганду). Они даже создали петицию, где описали свои требования и замечания к платформе. Жалобы на аккаунты украинских пользователей обычно приходят от российских ботов и аккаунтов, не смотря на то, что эта соцсеть еще с 2016 года не работает в России. Тогда РФ внесла её в реестр нарушителей закона, поэтому зайти на ресурс до сих пор можно только через VPN.

Удаляет публикации о войне в Украине и TikTok, потому что их правила запрещают политический контент. Тут могут быстро убрать с ленты материалы, которые изображают насилие или имеют «чувствительные» сцены или слова, за которые так же «наказывают» на платформах.

Ещё один красноречивый кейс случился с украинским разработчиком Alty, который создал мобильное приложение РКИН (от названия «Русский военный корабль, иди на…!»), который отслеживает потери российских оккупантов на войне. Компания получила предупреждение от Apple, с требованием удалить из приложения данные о количестве ликвидированных российских солдат на территории Украины, расценивая эту информацию как потенциально неприемлемую.

Что делать, если вас заблокировали

Если вы считаете, что контент, на который пожаловались, не нарушал стандарты сообщества — подавайте апелляцию и будьте готовы к длительной борьбе и отстаиванию своих прав.

Если вы получили оповещение о блокировании — действуйте согласно инструкциям

В сообщении про бан будет ссылка, по которой можно перейти, чтобы подать апелляцию и узнать, какую ещё информацию необходимо подготовить для восстановления поста или аккаунта. Обычно соцсети просят предоставить скан-копию документа, который подтверждает личность, а также аргументировать обжалование.

Если и это не поможет — обращайтесь за помощью к специалистам. Например, LMF помогает активистам, медиа и журналистам в пределах своей Программы неотложной поддержки медиа.

Минцифры также рассматривает отдельные случаи блокирований. Обратиться за помощью можно написав на их имейл: [email protected]

Если вы не получили оповещение о блокировании (“теневой бан”) — наберитесь терпения и ждите

К сожалению, пока что нет стопроцентно действенных механизмов борьбы с такой «цифровой санкцией», потому что в этом случае Instagram сам устанавливает и снимает ограничения. Но стоит попробовать написать в поддержку соцсети. Стоит знать, что «теневой бан» иногда случается из-за сбоев на платформах, поэтому желательно время от времени проверять, показывает ли соцсеть ваши публикации в выдаче (ищите свой контент в поисковике соцсетей по хештегам и ключевым словам).

Чтобы избежать блокирования, внимательно проверяйте свой контент перед публикацией, не нарушает ли он стандарты сообщества (например, в Facebook и Instagram) а также правила сообщества от Meta.

Команда LMF, которая помогает спасать аккаунты, напоминает: помните, что пожаловаться могут на любые слова и словосочетания, связанные с РФ и россиянами («русня», «рашисти», «свинособаки», «москали» и даже «ruzznya» и т.д.). Некоторые медиа и пользователи перестраховываются и «ставят звездочку» на слово «Россия».

Правила Twitter и Meta запрещают публиковать личные данные (номера банковских карточек, телефонов, адресов, чеков, где видно банковскую информацию и т.д.). Поэтому если вы хотите, к примеру, собрать средства на волонтёрские нужды — используйте сайт
Quicknote. Он помогает бесплатно сгенерировать «заметку» с вашими данными, чтобы потом разместить линк на нее в твите. Так ваш пост и аккаунт не заблокируют. Ещё один вариант — отправлять данные для оплаты в личных сообщениях на запрос.

Если вам удалось отстоять аккаунт и вернуться из кибертюрьмы — ограничьте на некоторое время круг читателей и удалите все возможные триггерные посты, чтобы за профиль не пришлось биться ещё раз.

Помните о цифровой безопасности, не бойтесь рассказывать миру правду и поддерживайте других пользователей в этом цифровом противостоянии.

С 24 февраля Украина каждый день переживает военные преступления, масштабов которых до этого не видел современный мир. И когда соцсети, которые уже давно выполняют роль самых оперативных и самых крупных по охвату медиа, так очищают инфопространство от войны, которая стала частью реальности украинцев, — это мало чем отличается от цензуры доинтернетных времен. Современные соцсети не могут быть отстраненными и нейтральными, иначе они создают альтернативную информационную реальность и не выполняют основную задекларированную функцию — помогать людям взаимодействовать, делиться важными новостями и участвовать в социальной активности.

Поскольку победу в гибридных войнах добывают и на реальном, и на информационном фронте, соцсети — это оружие, доступное каждому. Чем больше украинцы будут рассказывать миру о зверствах РФ, тем выше шансы как можно быстрее остановить и наказать страну-агрессора.

Над материалом работали

Автор проекта:

Богдан Логвыненко

Автор:

Мария Кравченко

Шеф-редактор:

Наталия Понедилок

Редакторка:

Аня Яблучна

Бильд-редактор:

Юрий Стефаняк

Автор обложки:

Контент-менеджер:

Илона Баденко

Переводчик:

Анна Осадчук

Редактор перевода:

Свитлана Борщ