Шаганы. Жизнь на краю географии

Бессарабия
Водный транспорт
6 октября 2017 20:22
3125

На Бессарабии есть три села с названием Приморское. Все три – курорты. Приморское (старое название – Шаганы), о котором пойдет речь в этом материале, располагается в Татарбунарском районе. Село основали козаки Задунайской Сечи на месте бывшего татарского поселения Биюк-Шагин. Здесь, на побережье лиманов Малый Сасык и Джантшей, раскинулся бальнеологический, грязевой курорт Рассейка. Эти водоемы входят в состав Национального природного парка «Тузловские лиманы», основанного в 2010 году. 15 годами ранее, возобновивши членство в Рамсарской конвенции, Украина включила систему лиманов «Шаганы – Алибей – Бурнас» в список водно-болотных угодий международного значения. Они охраняются как места гнездования многих видов водоплавающих птиц.

 

Через «Тузловские лиманы» проходит один из крупнейших транспортных миграционных коридоров, которым птицы летят в Европу, Азию и Африку. На территории парка живет 254 видов птиц, четверть из которых занесли в Красную книгу Украины и других природоохранных списков.

Лиманы отделены от моря песчаной косой длиной почти 50 км и шириной 100-300 м. Именно на этой косе, напротив лимана Шаганы, расположен одноименный маяк. Он вместе с маяком на Змеином острове предупреждает об опасном участке румынской Змеиной скалы, гарантируя безопасность плавания на подходе к Усть-Дунайского морского торгового порта.

С 1944 года маяк «Шаганы» работал как навигационный огонь. В 1960-х годах его переоборудовали, а з 1980-х это, уже 16-метровое, сооружение работает в автоматическом режиме*.

*В 20 веке, благодаря изобретателю солнечного клапана Густаву Далену, конструкция маяков стала значительно более автоматизированной. С усовершенствованием навигации, использованием технологии GPS неавтоматизированных маяков стало еще меньше.

Виктор

Виктор Сакара работает смотрителем маяка уже 16 лет. Он живет в Приморском. По образованию он связист. В армии был начальником командно-штабной машины. Служил в Азербайджане, застал конфликт в Нагорном Карабахе. После демобилизации вернулся в Приморское, где некоторое время работал директором местного Дома культуры.

Про работу смотрителя Виктор Сакара не мечтал, но когда на маяк начали искать связиста, сразу же предложил свою кандидатуру:

— Я тут и техник, и механик. Все обслуживаю сам. Всю эту работу исполняю и буду исполнять, потому что мне нравится, да и привык уже.

IMG_5213

Летом маяк планировали реконструировать: башню сделать полностью металлической, поменять ограждение, поставить внутри щит дневного видения.

— Когда идет большая волна, море прибывает так, что все тут заливает водой. Можете себе представить: я смотрю окно, а волна идет и тут вдребезги разбивается. Зима, холодно и на это очень страшно смотреть.

Прямого сухопутного сообщения у маяка с селом нет – песчаная коса перемежается водой. Поэтому каждый день, в любую погоду, Виктор надевает рыбацкие штаны, едет сначала машиной к краю материка, а потом идет вброд переходит канал, который впадает в лиман. Зимой бывало, что сапоги примерзали. Тогда их уже не снимали, а разрезали.

Часто Виктор остается на маяке круглосуточно. Для него маяк – это второй дом. Внутри стоят четыре кровати: одна для смотрителя, а остальные – для ремонтной бригады. Есть буржуйка. Наиболее актуальна она осенью и зимой, когда из-за непогоды смотритель маяка не может каждый день возвращаться домой:

— Я должен выехать, должен посмотреть. Ведь каждый день у меня должен запускаться маяк, чтобы обеспечить этот район своей работой. Беру из дома еду, приезжаю сюда и тут ночую, потому что зимой ездить туда-сюда нереально. Если даже доехал, то снег может пойти или дождь. И точно так же в летний период. Со мной ночуют две кавказские овчарки. Они ложатся на проходе, и я чувствую себя намного спокойнее. Только какой-то шорох, как они сразу поднимают головы и на все реагируют.

Просыпается Виктор обычно в 4:00 или 5:00 и сразу же начинает работать. На маяке он делает все – убирает, охраняет и обслуживает оборудование:

— Однажды я закрыл ворота, а за ними шакалы запели мне песенку хорошую, в 15 голосов. Я сразу закрыл ворота, позвонил семье. Спрашивают: «Где ты находишься?» Говорю: «В зоопарке, послушайте». Что шакалы, что кабаны отлично здесь себя чувствуют. На материке у них логова, где они маленьких щенков кормят. Слышу, как утром щеночки кричат, когда им родители приносят кушать.

К решению Виктора работать на маяке семья отнеслась спокойно, с уважением. Жена, дочка и сын время от времени приезжают к нему, помогают:

— Жена мне сказала: «Ты пошел на эту работу, это твой выбор». И вопросов никаких не было. Они приезжают ко мне, невзирая на то, что это 9-12 километров туда и обратно по болоту в дождь, снег. Они на все отреагировали спокойно, потому что понимают, что мы семья и что это наша работа.

Когда-то на этом маяке работал и дед Виктора. О тех временах мужчина помнит только с фотографий и рассказов:

— Тут стояли ставники, были рыбаки. Ходили в море ловить рыбу на магунах* *так на местном диалекте называют большую килевую лодку для вылова рыбы неводами в мореі. У меня есть фотография, где дед держит севрюгу где-то 4 килограмма. Еле держит. Когда я уже стал маячником, то сам удивился, что после деда тоже оказался в этой сфере.

IMG_5185

Захотят ли дети Виктора продолжить дело отца? Мужчина считает, что об этом говорить еще рано:

— Сын мой учится в Южноукраинском национальном педагогическом университете им. Ушинского. На волейболиста. Хочет ли он на маяк? Я еще не спрашивал. Дашка, моя доця маленькая, только в четвертый класс пошла. Ей еще тоже не задавал этот вопрос. Самое главное, конечно, — чтобы им нравилось там, где они будут, где учатся. А там уже посмотрим.

На маяке Виктор повесил флаг Украины. И даже тут, где никогда не бывает много людей, флаг привлек внимание:

— Когда-то приехал сюда «Правый сектор». Пять здоровых парней. Спрашивают: «Вы не знаете кто здесь маячник?». Оказывается, они увидели флаг и нашли мен, чтобы пожать руку. Я сказал им, что сам украинец и буду украинцем всегда. И дети мои будут украинцами. Я говорил, и буду говорить всем в нашем поселке: «Если вам что-то не нравится – 300 гривен и на железнодорожный вокзал. Магадан большой. Езжайте себе, не мутите воду. Я еще доплачу, куплю билет и уезжайте себе туда». И у нас много таких людей.

Конец географии

Летом туристы приезжают на Рассейку, часто останавливаются на косе. Разбивают палатки и живут семьями несколько недель. Маяк часто фотографируют, но подняться туда не имеют возможности, потому что это стратегический объект. Для туризма места отличные, считает Виктор, но мало кто о них знает:

— Места очень красивые, дать бы им еще дыхание. Вот, пожалуйста, Пресный лиман впадает в Соленый, Соленый впадает туда дальше, аж до Одессы. Это коса Черного моря, там Катранка, Лебедевка, Вилково.

Не так территориально, как инфраструктурно жители Приморского живут на краю географии. Когда-то из села ходили маршруты на Татарбунары, Рыбальское, Вишневое. Была межрайонная развязка. Теперь остался один автобус Одесса – Приморское, который ходит дважды в день.

IMG_5227

Виктор рассказывает, что в Приморском идет тяжелая борьба с одесскими «мажорами», которые приезжают охотиться на птиц. Однако, в этом году желающих пострелять стало меньше, а птиц – больше:

— Недавно приезжали люди с Дании. Я так понимаю, они знали, что тут национальный парк, поэтому и спросили меня, где можно тут на птиц посмотреть. Эта женщина писала книжку о птицах. Я не расспрашивал, потому что она меня не особо понимала, как и я ее. Потом встретились с ней через пару дней. Она сказала, что тут намного больше птиц, чем в Вилково. Я в Вилково уже давно не был, не знаю.

Природа – наибольшая магия этого края. Жизнь в окружении такой красоты сильно вдохновляет:

— Больше всего мне нравится работать рядом с чистой, нетронутой природой. Приезжаешь сюда, поднимаешься на эту высоту, а там птица сидит, там гусь сел, тут пеликан плывет, тут фазан мне поет с этого дерева. Петух отлично залетает на эту территорию. Видели когда-то фильм «Сеньор Робинзон»? Я приезжаю сюда, и, поверьте, чувствую тут такую же обстановку. Все тут природное, все. Никто ничего не трогает. Тем более что недавно запретили охоту. Сейчас тут такая тишина: все птички есть, водоемы есть, питья им хватает. Утром, когда просыпаешься, можно услышать такое разнообразие пения птиц…

Как мы снимали

Смотрите видео-блог о том, как мы ездили Бессарабией. Ехали мы, чтобы увидеть самую большую колонию розовых пеликанов, побывать на маяке и открыть еще много интересных уголков нашей страны.

Над материалом работалиТекст:Наталия ПонедилокТекст:Богдан ЛогвиненкоРедакторка:Євгения СапожниковаФотограф:Полина ЗабижкоОператор:Мария ТеребусОператор:Павло ПашкоМонтажерка:Мария ТеребусМонтажерка:Микола НосокРежисер:Микола НосокБильд-редактор:Олександр ХоменкоПомощь:Анастасия БлажкоПеревод:Анна Островерха

6 октября 2017 20:22