Юрий и его музей Москалей

Музейное дело
Преобразование пространств
Сиверщина
Хутора
20 декабря 2018 22:21
176

Село Москали, что на Сиверщине, находится в 30 километрах от Чернигова. «Москалями» называли козаков из Московщины, которые после возвращения Любецкой волости в состав Великого княжества Литовского более трёх веков тому назад остались на его территории. Теперь в селе осталось около двадцати хат, а местный житель Юрий Дахно загорелся идеей создать здесь собственный скансен (музей под открытым небом – перев.) – сохранить старые хаты и магазин, которые он выкупил и превратил в музеи старожитностей (древностей – ред).

Музей Юрия Дахно

На центральной улице села, протяженностью в километр, нет школы или медпункта. Однако, есть настоящий музей.

Юрий Дахно, который собрал экспонаты со своего и окружающих сёл, предпочитает слово «коллекция».

Сбережением древностей он увлекается уже много лет. Часть вещей мужчина разместил в бывшем помещении сельмага, который выкупил за бесценок около десяти лет назад, часть – в старой хате своей тётки. Остальная коллекция хранится в домашних «фондах».

1

Юрий с улыбкой вспоминает, что его увлечение началось ещё в детстве:

– У нас лихоманка была в селе, собирали черепьяники (фрагменты глиняной посуды – авт.) по огородам. Ещё и соревновались, у кого больше было. Мы с сестрой младшей собрали больше всех. Сделали первый в нашей жизни музей. Перемыли их все, повыкладывали. Потом, когда в школу пошёл, собирал монеты.

Среди экспонатов музея Юрия Дахно – предметы быта ХІХ–ХХ веков, работы местных художников. На стенах бывшего магазина на центральной улице развешаны картины, на полочках размещены стеклянные бутылки и кружки, деревянные бочки, на колышки надеты соломенные шляпы, из-под тумбы выглядывают патефон, старое радио, обувь. В старой хате, переделанной под музей, больше мебели: сундуки, деревянные кровати, стулья, которые были типовыми для сельского быта 1940-50х годов, а ещё ночвы (продолговатая посудина с расширенными кверху стенками для домашнего употребления: замеса теста, стирки белья, купания и т.д. – авт.), швейные колодки, или копылы, крупорушки (инструмент для измельчения зерна – авт.), есть и экспонаты Первой мировой войны.

Большинство предметов Юрий покупал у местных, но в музее есть вещи от мастеров из других территорий. Коллекционер говорит, что знает происхождение девяноста процентов экспонатов. И попадали в коллекцию они по-разному: что-то приносили, дарили, а что-то Юрий зарабатывал или обменивал:

– Нужно было знакомой забор перегородить и крышу накрыть. Она деньги даёт, а я зашел в хату – а там рушник такой. Спрашиваю, как у нее того рушника забрать, а она говорит, что отдаст после поста. Потом она мне ещё два дала. Денег за работу не взял. То одной бабушке нужно было грубу отремонтировать, то вышло так, что кролевецкие рушники (тканые рушники с орнаментом, характерным для Кролевецкого района Сумской области – авт.) попали в коллекцию… Недавно продавали хату в соседнем селе, спрашивают, ничего ли не нужно. Привёз сундук – в нем ничего особенного нет, даже не разукрашен, зато большой такой, «куркульский» (кулацкий – ред.), как говорили.

Коллекция не для продажи

Музей создан не для прибыли: здесь не часто бывают посетители, иногда заезжают гости из других уголков страны или иностранцы. Свою коллекцию Юрий называет «отдушиной». Сейчас он на пенсии, занимается преимущественно огородом и хозяйством. До того мужчина двадцать пять лет проработал руководителем местного почтового отделения:

– Много людей знал. Я не только экспонаты собирал, а и фольклор записывал, разные бывальщины, истории, анекдоты какие-то.

Собранная Юрием экспозиция ценна с этнографического взгляда. В 1932 году большая часть села сгорела, потому одежда, орудия труда, которые уцелели, стали редкостью. Некоторые вещи из музея Дахно выставляли в черниговских музеях, в том числе на выставку попали пятьсот рушников из коллекции. Однако, собранные вещи Юрий не продает:

Было такое, что для черниговского музея дал одного рушника, для школьного музея дарил что-то. Но ничего не продавал, хотя желающих было достаточно.

9

Почти у каждой вещи своя история. Юрий объясняет назначение посуды, мебели:

– Эти маленькие бочки использовали или для хранения мёда, или носили воду в жатву. Здесь можете увидеть много таких соломенных корзинок. Ржаная солома ошпаривалась, потом расщеплялась лоза или корень ели. Такое спиральное плетение, начиная со дна, постепенно переплеталось. Раньше же не было ни рисованной посуды, ни пластиковой, никакой. В больших хранили зерно, в меньших – лук, фасоль и тому подобное.

Ткачество

В коллекции много ткацких принадлежностей. В помещении старой хаты также хранятся разобранные ткацкие станки, клубки ниток, лыка (лента из внутренней части коры молодых деревьев для изготовления разных бытовых предметов — авт.), материал, из которого изготавливают постолы (мягкая сельская обувь из цельного куска кожи без пришивной подошвы, которую обычно носили с онучами, привязывая к ногам верёвками (волоками) – авт.) и другая «начинка», в мешках сложенные кожухи и «сиряки» (старинная верхняя долгополая одежда из грубого сукна – авт.).

— Мой прадед, Дахно Андрий Гнатович, и ткал, и вышивал, рушники от него остались. Меня генетическая память подтолкнула, наверное, потому я и вышиваю, и тку немного. Просто нет времени: хозяйство, косы из рук не выпускаешь, топора из рук не выпускаешь. Хотя знаю и перебор, и саржевое плетение.

11

Здесь сохранились уникальные прядки (домашний станок для ручного прядения, который приводится в движение ручным или ножным приводом – авт.), сукала (орудие для наматывания ниток на шпульку ткацкого станка – авт.), другие предметы. Юрий объясняет, как они работали и что значат:

– Ещё такое «кудылля» (диал. от кудель – прядево или кокон, намотанные на прялку – авт.) . Когда-то к нему привязывали паклю (клочье – авт.) из льна. Подставка была или круглая, или квадратная. На ослоне (лавка, скамейка – ред.) была дырка или такая доска, которая называлась «днище». Пряха садилась на днище и тянула нитку. И тут змея (показывает рисунок на предмете). Ещё говорят, что в нашей местности такие сохранились, змеями изображались или в виде женского лица. Это был оберег невестки от свекрухи. Чтобы невестка своим мастерством урезонила свекровий гонор или заткнула ей рот.

Мужчина рассказывает, что когда-то мечтал расширить текстильную экспозицию, в которой будет детально показываться техника обработки льна:

– Можно было бы ткацкие станки заправить разными техниками, а ещё там какое-то ремесло показать.

Село и музей

Коллекцией Юрий занимается в основном сам: старшие сын и дочь учатся в Чернигове, младший иногда помогает с уборкой, жена – учительница в соседнем селе:

В школе сто детей – это много. Несколько сёл ходит. В 1976 году меняли опоры электроэнергии в нашей округе. Кругом поставили бетонные, а у нас деревянные, сказали, что села через двадцать лет не будет. Так вот в этом году меняют опоры снова.

В нашем селе есть молодые семьи и двое маленьких детей, а в тех сёлах (соседних – ред.) нет. И церковь у нас есть… Когда-то говорили: как есть церковь – то село, нету – «дерёвня».

Музей в Москалях – уникальное явление. Может не все местные понимают это. Благодаря такой «отдушине» Юрию удалось собрать вещи, какие что дальше, то большей редкостью будут становиться. В них отображено прошлое селян, их традиции и обычаи. И пока в селе будет музей, до тех пор оно будет жить. Как и другие сёла, где есть такие люди, как Юрий.

Над материалом работалиАвтор:Виктория СолодкаАвтор:Богдан ЛогвыненкоРедактор:Катерына ЛегкаКорректор:Мария ПрохоренкоПродюссер:Ольга ШорПродюссер:Наталка ПанченкоФотограф:Мыкыта ЗавилинськыйОператор:Олександр ПортянОператор:Павло ПашкоМонтажер:Лиза ЛытвыненкоРежиссёр :Мыкола НосокЗвукорежиссёр:Павло ПашкоБильд-редактор:Олександр ХоменкоТранскрибатор:Виктория ВолянськаТранскрибатор:Анастасия БлажкоПеревод:Олександр КабановРедактор перевода:Свитлана Борщ

20 декабря 2018 22:21