Ромы Закарпатья

Закарпатье
Национальные меншины
9 августа 2017 21:04
3703

Кочевая жизнь в шатре, песни под гитару у костра, страсть и легкая удача. Этот романтичный образ ромов из литературных произведений и советских фильмов остался в прошлом. Вместо этого распространены стереотипы о бедной нации, которая живет за счет социальных выплат на большое количество детей, ворует или вовлечена в криминальную деятельность. Жизнь части современных ромов в компактных поселениях изолирует их от остального общества. Бедность, отсутствие образования, трудности с трудоустройством только усиливают все предубеждения.

 

Стереотипы, и даже больше – ксенофобию – навязывали этническим украинцам с детства. «Будь вежливым, а то цыгане украдут», — пугали детей. «Ты грязный, как цыган». В сюжетах украинского фольклора ромы тоже не всегда позитивные персонажи. С детства большинство украинцев уверены, что ромы могут загипнотизировать или украсть что-то поэтому ведомые страхом, всячески стараются их обойти.

Впрочем, все это — не больше, чем мифы, которые возникли из-за недостаточного количества информации о жизни украинских ромов. Живя рядом с этническими украинцами уже на протяжении многих веков, ромы все еще остаются народом, образ которого полон загадок.

Одна из таких загадок — численность населения ромов. Сегодня нет четких данных по поводу того, сколько ромов проживает на территории Украины. Да и получить эти данные пока еще крайне тяжело, ведь у многих ромов нет документов. Некоторые из них специально не афишируют свое происхождение, что тоже вполне понятно. Исторически сложилось, что во времена войн разные национальные меньшинства (и ромы в т.ч.) во всем мире подвергались репрессиям, гонениям и преследованиям.

Согласно данным переписи населения от 2001 года, в Украине проживает 47 587 ромов, треть из которых – на Закарпатье. Впрочем, общественные организации считают, что эта цифра уже давно не актуальна. Совет Европы оценивает приблизительную численность ромского меньшинства в Украине в 120-400 тысяч человек. По данным ромских общественных организаций, на Закарпатье ныне проживают более 40 тысяч ромов. Большинство закарпатских ромов живут в компактных поселениях * *мы специально употребляем этот термин вместо привычного для многих слова «табор». Ведь табор – это одновременно и локальная ромская община, и место, где она расположена в границах большего, не ромского, поселения. К моменту перехода на оседлый способ жизни табором называли общины до нескольких сотен человек, которые располагались на временных стоянках.

Именно тут, на Закарпатье, сохранилась наибольшее количество диалектов языка романи, отличий в быту и уровне образования. Хоть ромы и живут совсем рядом, часто на соседних улицах, тем не менее, их община самая непонятная для остальных жителей Закарпатья. Мы посетили несколько поселений на Закарпатье, чтобы увидеть собственными глазами, как живут ромы.

Дубовое, Барон Иван

Одно из ромских поселений располагается в с. Дубовое Тячевского района. Возникло оно в 1950-х годах. В поисках работы ромы приезжали сюда с окрестных сел и городков. Тогдашний сельский глава Дубового сначала пригласил ромов работать на местном заводе, а потом предложил поселиться здесь же. Так посреди села возникло внутреннее поселение, где сегодня живут 64 человека. Бывший местный барон * *в ромском языке нет слова «барон» «Баро» - это обращение к уважаемому мужчине, который не обязательно должен быть лидером общины. В отдельных ромских общинах термин прижился и активно используется в ежедневном общении. Однако, в большем количестве общин ромов самые важные вопросы решают советы старейшин – наиболее авторитетные представители семей. Они же призываются и на ромские суды, которые до сих пор распространены., то есть, формальный лидер поселения, Иван, рассказывает о трудностях, с которыми сталкиваются местные ромы:

— Проблема, что места нет. Нас становится больше, дети рождаются и надо место. Место в селе есть. У кого были деньги – построились и живут. Нужда большая в деньгах. Потому что много детей, есть у нас больные дети. Не обращает на нас внимание село. Мало нас тут есть. Я однажды обращался к старшинству в Ужгород даже. Тоже сказали, что нас тут мало. Мол, будет вас много, тогда будем помогать.

Дома ромов заметны издалека – их можно узнать по развешанных на заборах штанах, рубашках, белье. К деревянным халупам над рекой на холме ведет заасфальтированная дорога. Есть тут и несколько кирпичных домов. Самый роскошный из них принадлежит Ивану. Это двухкомнатный дом, где на 50 м он живет с женой, двумя сыновьями и дочерью. Еще двое старших детей живут отдельно.

На стенах, обклеенных старыми обоями, висят иконы и постеры с изображением Иисуса Христа. Громко хрипит и посвистывает холодильник «Днепр». Иван растапливает самодельную печку – распространенный обогреватель в ромских домах всего Закарпатья. На старый советский сервант вылезает шестилетняя дочь барона, расчесывается, красит губы, но так увлекается, что начинает рисовать помадой по щекам.

Иван берет гитару и наигрывает песни. Это его заработок, он играет на свадьбах. Высокий, полный, с усами, бородой и длинными волосами. Он разговаривает на украинском и на русском. Языки выучил в духовной семинарии, где получил чин дьякона.

 

Иван был местным лидером, бароном, девять лет. Теперь это место занимает его брат:

— Я приезжий, а дети мои тут родились. Я с Иршавы. Я детдомовский, родителей своих тут нашел. Так и живу по сегодняшний день. Дом построил. Меня село выбрало бароном. Люди меня знают, понимают. Мой брат был верующим, потому теперь выбрали его. Собрали народ наш, народ с этим согласился, и выбрали брата моего. И так он сейчас у нас староста. У него свидетельство есть.

Местные жители об Иване не очень хорошего мнения, как и о всех, кто хоть немного отличается от их среднестатистических односельчан. Но он говорит, что ромы ни на что не обижаются:

— Мы живем сегодняшним днем. А о завтрашнем дне позаботится Бог. Как вы, так и мы.

У ромов из Дубового проблемы вполне обычны: мусор не вывозят, нет канализации, удобной логистики. Иван понимает, что другим жителям села не нравится, когда ромы выливают воду прямо на дорогу. Она замерзает, и холм превращается в каток зимой, а летом пищевые отходы воняют. Места в таборе все меньше, а детей все больше. Но они живут практически в картонных коробках и особенного отношения не просят, а только нуждаются в понимании и поддержке:

— ЧЖдать на помощь мы не можем. Живем, как Бог даст. Потому что мы люди такие: стараемся быть чистыми к людям, к ближнему в первую очередь. Наш народ может быть недобрым, когда к нам задираются. Мы стараемся быть мирными, дружелюбными. Вторая сторона медали: мы тут живем при дороге, и бывает, что пьяные специально к тебе задираются. Ищут причины. Ты там и близко не был, а он говорит: ты украл у меня. В последний год этого нет. Можно сказать, что спокойно. Теперь сельские больше воруют. Нашу национальность уже считают почетной. Ставят ближе к людям, к соседям.

Недоступное образование
1/4По данным опроса 2015 года Международного фонда «Возрождение», почти четверть ромского населения Украины не умеет писать и читать на украинском языке, а каждый третий делает это плохо.

ЧЧетверть опрошенных ромов совсем не знает украинский язык или плохо им владеет. Причина – изолированность ромских поселений и пробелы в образовании.

Это не только закарпатская, но и всеукраинская ситуация. Немало украинских ромов никогда не училось в школе, а среди тех, кто школу посещал, наиболее распространена неполное среднее образование.

Ивана, кажется, не очень огорчают проблемы детей с образованием. Для своего сына, тоже Ивана, он видит другое будущее:

— В школе они так себе учатся. Иван все играет на музыкальных инструментах. Музыкантом точно будет.

Ситуация с образованием такая же и в других компактных поселениях на Закарпатье. Собственно, в самых бедных селениях проблемы с доступом к качественному образованию всех уровней. Одной из причин является и языковой барьер: незнание государственного языка многими венгроязычными ромами, дети которых если и учатся, то в венгерских школах или же в негосударственных учебных заведениях за счет религиозных общин и венгерской стороны. В Мукачево и Берегово, например, в таких школах преподают только на венгерском языке. Это не дает возможности выпускникам таких школ продолжить обучение в украинских вузах, ведь на момент выпуска они не знают украинского языка.

Мирослав Горват

Мирослав Горват,
Депутат Ужгородского городского совета VII созыва

Местный ромский депутат Мирослав Горват рассказывает, что в лучшем случае маленькие ромы посещают школу до шестого класса, а потом ходят на уроки все реже. В девятом классе в ужгородской школе из 32 учеников посещают учебное заведение 3-5 детей. По мнению Мирослава, причиной низкой посещаемости является отсутствие мотивации:

— Родители не понимают, что детей надо водить в школу, готовить к занятиям, быть максимально заинтересованным в том, чтобы ребенок пошел в школу. Другая причина – отсутствие бесплатного питания после младшей школы, потому что иногда дети приходят в школу, чтобы поесть.

Образование ромов часто зависит также и от социального положения семьи. Даже бесплатное школьное образование часто остается недоступной: не хватает денег на канцелярию, одежду или же на взносы на ремонт. Дети помогают подрабатывать родителям, делают работу по дому или присматривают за младшими братьями и сестрами.

Впрочем, то, что ребенок посещает школу, нельзя считать залогом качественного образования. И сами ромы, и исследователи признают, что образовательная система Украины не уделяет достаточного внимания ромским детям. Барон Иван, тяжело вздыхая, говорит:

— Наши люди тут часто такие. Их образованием никто не хочет заниматься, а они не приспособлены к той, что существует. Есть люди, которые только и умеют, что считать. Букв не знают, как писать, а цифры – это главное. Ну, жизнь у них такая была. Все по вокзалам, да по вокзалам.

Сейчас ситуация немного лучше благодаря усилиям благотворительных организаций, которые внедрили программы помощника учителя для младших классов, где учатся ромские дети. Также помогают центры осознанного отцовства, где работают с малограмотными родителями.

Изолированность ромов усиливается с первого класса, поскольку большинство из них вынуждены учиться в сегрегированных школах. В таких школах учатся только ромы, не пересекаясь с другими местными детьми. Чуть ли не в каждом ромском поселении есть такая школа.

4

Что касается высшего образования, то сейчас тенденция немного улучшается. Только тех, кто получил высшее образование за счет Ромского образовательного фонда уже почти 500 человек, а количество интегрированных в украинское общество образованных ромов уже значительно больше.

На Закарпатье, как отмечает Миростав Горват, 15-20 лет назад был только один ром с высшим образованием. Сегодня же ромских студентов и выпускников вузов тут как минимум 50.

Документы и работа

Кроме образования, есть еще и другие вопросы, которые требуют решения. Согласно с опросом общественных организаций 17% ромов в Украине не имеют идентификационных документов, у трети не оформлена регистрация. Ситуация с паспортизацией на Закарпатье хуже, чем в других регионах страны.

В Мукачево, например, большинство ромов без документов. Впрочем, благодаря существованию центров оказания бесплатной помощи и пониманию ромами значимости документов, ситуация все же улучшается. Способствуют паспортизации и выплаты на детей, которые можно получить только при наличии документов.

Что касается трудоустройства, 63% опрошенных ромов указали, что не работают, еще 22% работают неполный рабочий день. Среди ромов, которые трудоустроены, преобладает работа на себя. Больше половины опрошенных заняты в торговле или в сфере услуг, еще четверть – частные предприниматели.

В Ужгороде ромы работают в коммунальных службах дворниками, рабочими в водоканале, мастерами. Те, кому не удалось трудоустроиться на Закарпатье, уезжают за границу или в Киев. Такая же ситуация и в Мукачево.

Кто вы и откуда, ромы?

Вопрос происхождения ромов до сих пор исследуется. Все еще ведутся дискуссии, так до конца и не известно, как и почему они расселены практически по всей Европе, и как им удалось сохранить свою идентичность от постоянных волн глобализации.

Сегодня наиболее распространена теория, что ромы – выходцы из Индии. При чем, «ромы» — это их единственное самоназвание. Но «выходцами из Индии» их не называют ни в одном из языков. Слово «цыгане» употребляют восточные славяне. Это название еретической секты начала второго тысячелетия. Gypsy (англ.) или gitanos (исп.) в переводе значит «египетские». Миф о том, что ромы пришли с Египта распространялся Европой очень быстро. Например, мадьяры достаточно долго называли цыган fáraók népe, что дословно значит «фараоново племя». Но во времена формирования европейских языков с проверкой фактов было немного сложнее, чем сейчас. Поэтому, скажем, французы назвали ромов bohémiens, что значит «чехи». Им так показалось. А финны и эстонцы и до сих пор называют их просто «чернявые, черные». Причем сейчас бытует новый миф, что Румыния (англ. Romania) как-то связана с ромами. Миф возник через созвучие этих слов.

Что сами ромы думают о своем происхождении и как выделяют себя среди других национальностей, мы решили спросить у них самих:

— Ты гаджо! А она – гаджоука! – говорит, смеясь, Иван с Дубового. – Это у нас значит белый и белая. Мы так между собой вас называем. Но мы не делим, так получается просто. Наш язык возник с санскрита, потом в разных регионах уже разные влияния. Плюс, пока мы шли с Индии, сколько слов по дороге мы насобирали, представляете?

В закрытых ромских общинах, компактных поселениях бытует классическое распределение на «свой/чужой»: «ромА» (ром) / «гаджЕ» (не ром, иностранец»).

По словам барона Ивана, ромы отличаются и по способу жизни:

— Мы себя немножко разделяем. Есть шатровые цыгане, кочевые и оседлые. Мы считаемся оседлыми. Потому что живем на одном месте, построились, есть семьи, какая-то работа, и благодарны за это Богу. Шатровые – это люди, которые свою кочевую жизнь держат до сегодняшнего дня. Это женщины, которые блюдут свою честь и должны ходить в длинных юбках. Это большая честь для мужчины, хозяина и самого барона. Есть кочевые. Они занимаются тем, что попадается по дороге. Сейчас все они перешли на «железных лошадей».

Нынешние украинские ромы уже не помнят романтики кочевой жизни, какой жили их дедушки и бабушки. В 1956 году кочевничество стало нелегальным. Указ Президиума Верховного Совета СССР «О привлечении к труду цыган, которые занимаются бродяжничеством» запретил кочевой образ жизни. Сегодня же, несмотря на то, что этот запрет снят, все ромские поселения Закарпатья остаются оседлыми.

Переезд закарпатских ромов в Киев или в другие города в теплое время года называют трудовой миграцией, ведь именно отсутствие работы заставляет ромов мигрировать. В городах ромы создают стихийные поселения.

На Закарпатье компактные поселения ромов существуют в формате населенных пунктов, как отдельные улицы, углы или микрорайоны. У них может быть многовековая история, или быть абсолютно новыми. Последние возникали стихийно, например, после паводков, потому что именно от них ромы Закарпатья страдали первыми, ведь их дома часто находились в низине.

В компактных поселениях на окраинах населенных пунктов, как правило, нет водопровода, канализации, газа, дороги; дома могут быть не узаконены. Молодые семьи часто рядом с родительским домом строят маленький домик из самана, не учитывая никаких строительных норм. Узаконить такое строительство практически невозможно.

Язык, который исчезает

Ромы Закарпатья отличаются также и по языковому принципу. Сосуществует несколько диалектов и говоров ромского языка – романи, а сами ромы в быту чаще всего не просто билингвы, а на разговорном уровне знают три-четыре языка.

Например, в мукачевском, чопском и береговском поселениях ромы разговаривают на венгерском языке. Большинство из них вообще не понимают украинский. В Ужгороде живут представители нескольких диалектных групп. Ромы-ловары или «унгрика рома», которые разговаривают ловарским диалектом языка романи, а также сервитика рома. или так называемые «словацкие ромы». И те, и другие в быту свободно пользуются украинским, русским, венгерским и словацким языком.

Барон Иван из Дубового говорит:

— Мы украинцы. Украинские цыгане. Есть цыгане румынские, болгарские, мадьярские, чешские. Все сами по себе. Часто мы даже понять друг друга не можем. У нас разная культура. Я разговариваю на цыганском слабо. Да и в разных странах он разный. Песни пою на нашем. Иногда какие-то слова говорю на нашем, а так – у нас тут все на закарпатском.

Сегодня ромский язык в быту используют также в Перечине, Виноградове, Большом Березном и Сваляве. Но, как отмечает Мирослав Горват, этого недостаточно и сейчас ромскому языку угрожает исчезновение. В ромских общинах язык развивается хорошо. Зато в семьях, которые живут в неромских поселениях, язык утрачивается, хотя его и пытаются сохранить.

Церковь и альтернативное образование

Руслан Янковський

Руслан Яновский,
строитель, руководитель центра неформального образования в Мукачево, дьякон в Евангельской Церкви Живого Бога

Жизнь Руслана Яновского могла сложиться совершенно по-другому. Он мог бы жить в злыднях, собирать металлолом или просто пьянствовать. Но он работает строителем и руководит центром неформального образования в Мукачево, где готовят маленьких ромов к школе, учат играть на музыкальных инструментах и кормят каждый день. Все это, по его словам, благодаря церкви.
Для многих закарпатских ромов церковь часто чуть ли не единственное место, которое демонстрирует, что у них может быть альтернатива бедной жизни в построенных на скорую руку палатках.

В церковь Руслана привела мама, когда ему было шесть лет. Теперь он дьякон в Евангельской Церкви Живого Бога, храмы которой есть в 20-ти закарпатских поселениях.

По словам Руслана, в мукачевской церкви приблизительно 400 прихожан. Верующие также работают с 500 детьми и подростками, для которых в центре неформального образования много возможностей.
Каждый день почти сто детей из бедных семей посещает благотворительную столовую при церкви. Некоторые дети тут практически вырастают и сами стают наставниками.

— Иногда учим элементарным вещам: следить за чистотой и гигиеной, уважать родителей. Иногда даем одежду. Если ребенок не попробует что-то лучше, она не будет знать о других вариантах. Мы же даем им возможность выбора. Некоторые семьи поняли, как удобно иметь душ и сделали его дома, — рассказывает Руслан.

Церковь пытается популяризировать образование и призывает не бросать учебу. Веряне учат маленьких ромов читать и писать на венгерском. Есть тут и компьютерный класс, и спортивная школа.

Старшим ромам тут дают профессиональное образование – можно овладеть профессиями строителя, сварщика. Именно тут учился и Руслан.

— Церковь имеет большое значение в жизни ромского населения. Она изменила отношение других национальностей к ромам. До этого было сильное напряжение, украинцы боялись заходить в таборы. Теперь украинцы посещают нашу церковь, ходят через табор, мы организовываем общие мероприятия, — говорит Руслан.

Пасторы стают более важными фигурами в жизни ромской общины, которую они же и представляют.
Общественная активистка Ирина Миронюк считает, что сегодня пасторы конкурируют по авторитетности с баронами, институт которых трансформируется. Этот процесс на Закарпатье происходит быстро, отмечает Горват.

Мирослав убежден, бароны – популистские лидеры, которые не могут выполнять функции, что необходимы ромским общинам. В большинстве поселений статус барона уже потерял свое значение, а заменили его лидеры, депутаты, руководители общественных организаций, пасторы.

Руслан же считает, что идеализировать пасторов тоже не стоит. Мол, не каждый из них пользуется авторитетом. В Мукачево же сейчас церковь имеет большее влияние, потому что раньше не было хороших баронов, которые представляли бы общественность:

— Для нас церковь – это не строение, куда люди ходят раз в неделю. Мы хотим, чтобы она была задействована в разных сферах, — подытоживает Янковский.

Королево. От халупы до дворца

Компактные поселения ромов на Закарпатье могут значительно отличаться условиями проживания. Например, ужгородское поселение не настолько изолировано, как мукачевское, где нет доступа даже к питьевой воде.

Ірина Миронюк

Ирина Миронюк,
общественная активистка

— Свалявский табор, где проживает около двух тысяч ромов, — это история успеха. Барон Матвей Балинт уже больше 10 лет депутат. Он пошел во власть, чтобы защищать интересы своего народа. Провел воду в поселение, построил дома для молодежи, в селении все дети ходят в школу и учат украинский язык, — говорит Ирина.

Скорее всего, самым большим табором в Восточной Европе можно считать мукачевский, где проживают от 4 до 10 тысяч людей. В Мукачево и Берегово одни из самых худших условий жизни.
Материальное положение поселений отличается в зависимости от приоритетов общины. Мукачевские и ужгородские ромы с давних времен занимались творческими профессиями (прежде всего – музыкой), а в Виноградовском районе популярен физический труд, ездят на сезонные заработки.

Один из самых богатых и обустроенных ромских таборов – поселение в Королево Виноградовского района. Дома тут кирпичные, кое-где и многоэтажные. Дорога усеяна гравием. На улице бегают чистенькие дети. На девочках надеты традиционные ромские платья. Женщины много внимания уделяют одежде, таким способом они подчеркивают свой статус. К металлическим нитям и кружевам для юбок добавляют позолоту, украшают одежду искусственными камнями. Драгоценными могут быть семейные украшения, которые обычно изготовляют под заказ. Они входят в приданое для невесты, это символ достатка рода, з которого она походит.

В поселении в Королево проживают более 3700 человек. Барон Лоци рассказывает, что большинство местных ромов деньги зарабатывает в России и уверяет: никакого криминала.

Мужчины из Королево работают бригадами, что состоят обычно из близких родственников и соседей. Часто изготавливают жестяные элементы кровли, водостоков, прочее. У мастеров здесь многолетняя репутация и собственный стиль оформления изделия. Впрочем, материальная обеспеченность еще не гарантирует отсутствие тех проблем, что существуют в других поселениях. У некоторых тут все еще нет документов, много безграмотных:

— Проблем очень много с цыганами. Самая большая та, что они не развиты. Не учат их нормально, в школу не ходят. Понимаете, пойдет в школу, а там не учат так, как других. Иначе относятся, меньше внимания, — говорит барон.

Проблем можно было бы избежать, если бы ромы жили вместе с украинцами, считает Лоци. Мол, ром, живя рядом с другими национальностями, перенимал бы лучшее.

Мы ромы, а не цыгане!

В поезде Ужгород – Киев из последнего купе, казалось бы, пело радио. Но нет – это четверо мужчин играли и пели вживую. Поезд прибыл в Чоп. Люди, зашедшие на станции, сразу же сели в пустом соседнем купе слушать. Большинство песен были об Иисусе и вере, звучали очень мелодично. Они полчаса играли полноценный сет, а уже после импровизированного концерта рассказали о своей жизни в селе Среднее Ужгородского района.

По украинским паспортам они: Виктор, Иосиф и Виталий, но в ромском селении их называют Итю, Джиджю и Дучу. Итю и Дучу – это ромские прозвища, а кличка Джиджю происходит от имени украинского артиста. Итю 37 лет, у него одна дочь и четверо внуков. У 30-летнего Дучу семеро детей, а у 21-летнего Джиджю уже четверо.

— Почему у нас так много детей? Да у нас у многих света нет, —отшучиваются.

В ромском поселении в Среднем живут около трех тысяч ромов. Сейчас у них есть своя школа. За последние 15 лет, говорят парни, очень много произошло позитивных изменений. Им, мол, и самим захотелось учиться, хотя община подбивала зарабатывать на жизнь не очень честным способом, и учиться было немодно.

— Я уже два года хожу в школу, — говорит Дучу. Ему 30, но он не стесняется того, что только сейчас учится писать. – Я вообще не умел читать. Моей первой книгой была Библия. Я ее носил с собой и говорил «так в Библии написано», а сам даже не мог этого прочитать.
Джиджю и Итю – баптисты, а Дучу – евангелист, но они не спорят из-за этого. Каждый время от времени цитирует Библию и любит рассказывать о своем пути к Богу. Итю говорит, что считать в селе умеют все, а вот читать и писать – единицы. Чиновники пользуются безграмотностью ромов и требуют взятки.

Раньше местные ромы ездили Советским Союзом, кочевали, а теперь осели.

— Молимся Богу, чтобы простил нам то, как мы жили раньше, — говорит Итю.

Дучу вспоминает, как они садились в поезд в Черновцы. Люди ехали с базара с одинаковыми сумками. Парни воровали те, что были без присмотра:

— Тогда докажи, что это твоя торба? У всех одинаковые, а нас там полное купе людей. За сумкой уже никто не придет. Как-то воровал какую-то сумку, поднимаю ее, а она такая тяжелая. Думал: ну, все, вот я и попался! Занес в туалет, раскрываю, а там литровые бутылки с вином. Я там несколько оставил, а остальные забрал, — вспоминает Дучу.

Джиджю самый младший и больше всего шутит. Они все очень самокритичные, подсмеиваются над собой:

— Я гражданин Украины! Мы украинцы! – говорит Итю.
— Ты не гражданин, — смеется Джиджю, — РОМАжданин!

Хоть сами время от времени называют себя цыганами, это слово они категорически не принимают. Мол, первая ассоциация – вор:

— Мы – ромы, а не цыгане! Вам же нравится, когда вас называют украинцы и не нравится, когда, например, хохлы. Или когда россияне вас «бандеры»! Для нас это то же самое.

— Нас мало кто что спрашивает, мало интересуется. Мы много можем рассказать, но люди думают лишь о том, что мы будем что-то воровать, — говорит Дучу.

Эта история, как и история барона Ивана и дьякона Руслана – о превращении и стереотипах. О том, как ромы отличаются от цыган в представлении самих ромов. О том, как ромские общины хотят перемен и в итоге меняются. Также каждая из этих историй – о том, как ромы живут рядом с этническими украинцами. О том, какой контрастной может быть культура, язык и быт украинских ромов, которые им, вопреки всему, удалось сохранить.

Как мы снимали

Дорогой к поселению ромов в Королево, мы заехали также и в украинскую семью, которая живет уже больше 60 лет и имеет свою, не менее интересную историю. Об этом и о богатых ромов в Королево смотрите в нашем видеоблоге.

9 августа 2017 21:04